Майор Вихрь (zabriski) wrote,
Майор Вихрь
zabriski

Category:

щенки

*
Вот я смотрю на всяких подросших (подрощенных) мужчин.

Нормальных нет.

Ну, Ооооля!!

Ну, нет. То есть, я не наблюдаю. Но и это объяснимо. Правда, метафизическими категориями, поэтому я без подробностей, только констатирую.

Ну, что, ни одного нормального? Нет, пару-тройку знаю. Но там, за горизонтом.

Но по большей части всё мальчуганы, мать их. Вот именно, мать их. Не научила, что есть время, когда уже пора перестать быть щенком. Перестать отбрёхиваться, обижаться, тянуть на себя одеяло. Так и продолжает пол себя ходить, а потом за это получать тапком.

Но я не об этом. Вот такого вырастить и оставить. Он весь соткан из страхов и стереотипов. Ему легче привычно получить пизды за косяк, чем этот косяк не совершать. И ему некуда бежать, потому что тебя уже нет. Вот так и останется он, со щетиной, хриплым смехом, утренним сухостоем, будет в баре пить виски, расказывать про себя небылицы, потом, разумеется, ТЯЖЕЛО работать, чёт там зарабатывать и трогать пальцем седину на висках, удивляясь на самого себя глядя в зеркало. Седина есть, а ощущения матёрости - нет.
Внутри, или унутре, как говорила одна моя приятельница, всё так же муторно неуверенно и вообще неясно, зачем всё. И хочется в домик.

Но надо соответствовать другим таким же, самцам на вид, которые орут, свистят, плечи разворачивают и обнимают девок. И вот он давай соответствовать, а ничего не получается, само собой. Потому что внутри нет ничего.

Потому что всё мамаша подтирала, говорила "дай, я сама сделаю", хихикала, когда девочки звонили, папашу не признавала и просто была дура, случайно размножившаяся. А он теперь вот сидит, не понимает, что пора уже перестать шутить-то ё маё, и выпивать пора перестать, потому что утром какие-то дела, да и морда помятая, что если кто нравится, то не надо глаза отводить, что если нечего сказать, то лучше промолчи, что можно просто ПОМОЧЬ, просто так, потому что можешь... Нет, не понимает. Понимает только команды и наказание.

Я скучаю и зеваю. Ну, и иди домой, Оля, кто тебя неволит тут сидеть-то. Ну, я и иду. И думаю: щенки, все щенки подрощенные. Мой должен быть другим. Мой, в смысле, ребёнок. Пусть вырастет и не оглядывается на других, и не копирует, не вжимает голову в плечи, когда нечего сказать. Пусть так и говорит: мне нечего сказать. Это совершенно обезоруживающая фраза, вовсе не означающая отступления.

Чтобы когда меня уже не будет, я точно знала, что никто над ним не потешается, и никто не жалеет его за несостоятельность, а если кто жалеет, то только о том, что его нет рядом.
Tags: про мужиков
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 10 comments